В пепельной пустыне полярная ночь.
Холодная зола. Остывшая печь.
На грифеле углём накарябанный скетч.
Будто на глазах в пять слоёв чёрный скотч.
Каждый зрачок ищет хоть один луч,
Каждому телу охота прилечь,
Но ты сам знаешь, что это может повлечь —
Так что вставай, не канючь.
Говорят, что у правой ноги
Длиннее шаги,
И мы нарезаем круги.
А я говорю — мы дойдём вопреки.
Там, впереди — огоньки.
Их просто не видно пока,
Пока руку упавшего ищет на ощупь рука,
Пока копит упавший резерв для рывка,
Припев:
Но я верю в то, что светлая будет полоса
В этой тьме, что беспросветна, как снег на полюсах.
Стебли новые из пепла пробьются к небесам,
На листве в лучах рассветных заблестит роса.
Да, я верю в то, что светлая будет полоса
В этой тьме, что беспросветна, как снег на полюсах.
Стебли новые из пепла пробьются к небесам,
На листве в лучах рассветных заблестит роса.
Нам умение видеть придётся по новой постичь,
Как младенцу – хожденье и речь.
Нам придётся дойти и достичь,
А этой ночи — пройти и истечь.
Она тоже нас топчет в ответ своей грязной пятой,
Но я не уступлю ей ни маленькой чёрточки, ни запятой.
Я вперёд иду как заводной.
И эти ребята со мной —
Если там кто-то спросит.
Там, где скоро блеснёт под наш клич хоровой
Горизонта рассветного проседь.
Где мы тени отбросим опять,
Как доставшую в край неудобную ношу…
Поднимайся скорей, твою мать.
Я тебя здесь не брошу!
Припев.